adomatic (adomatic) wrote,
adomatic
adomatic

Category:

И снова в бой-2

Итак, я снова в боевом строю и готов, как и прежде, окружать прогрессивных зрителей заботой и вниманием. Проглядывая ненадолго покинутые места, я тут же заметил пару любопытных казусов, которые будет неплохо отметить.

Казус первый - в раздаче "Робокопа" на вопрос зрителя "есть ли в сети доступные субтитры" ответил "только венгерские". Через несколько дней на другом сайте читаю про себя "Да и делать подобный перевод - дело нелегкое, ведь переводят, вроде бы, по венгерским субтитрам". Как тут не вспомнить анекдот про Пушкина и Гоголя?

Казус второй - причуды товарища Холлоу в своей теме по переводу "Триствола". Позволю себе процитировать пару мест:


Зритель. Просмотрел немного, есть кое-какие замечания... (дальше список)
Холлоу. Можно уже расслабиться, поезд ушел.
Зритель. то есть больше поправки вноситься не будут? Что значит "поезд ушел"?
Холлоу. Лучшее - враг хорошего. С чужой вкусовщиной мы не работаем, своей хватает. Переходим к новым проектам.


Подобное от товарища Холлоу лично мне было удивительно слышать при том, что он причисляет себя к последователям лучших представителей отечественной переводческой школы. Ведь такие заявления прямо противоречат подходу наших корифеев! Нора Галь ужаснулась бы, прочтя подобное. Ведь как она делала собственного "Маленького принца"?

"«Маленький принц» был переведен когда-то залпом, «для себя», без всякой мысли о печати, но свет увидел и переиздавался не раз. И каждый раз к новому изданию я что-то правлю, меняю, доделываю...

И так – строка за строкой, год за годом. Непременно тянет снова что-то править, доделывать, шлифовать – что-то малое, микроскопическое, для читателя, наверно, вовсе незаметное...

Ибо «нет в мире совершенства»..."


А ведь Норе Галь не подносили поправок на блюдечке так, как это делают переводчикам-фансаберам сейчас. Далеко не ко всякому переводу указывают поправки и мне. Но я до сих пор сам, без чьих-то подсказок, продолжаю шлифовать и оттачивать даже те переводы, которые были сделаны мной в самом начале фансаберской деятельности - три, три с половиной года назад! Чтобы не пришлось краснеть перед зрителем, чтобы зритель всегда видел меня в лучшей своей форме. Подобную же той, что мы видим выше, лень, халтуру и стремление побыстрее выдать новое, не доведя до ума старое, одобрять решительно нельзя.

Но на этом, увы, причуды не кончаются. Вот следующая ремарка товарища Холлоу:


"Зачем писать Шекспир, когда правильно Шейкспиэ? 

Канон есть канон, он давно сложился и полюбился людям сам по себе. Ваше мнение тут ничего не изменит. Адиос".


"Канон" - это восьмилетней давности перевод имени "Vash Stampede" как "Ваш Паникёр". Любому знакомому с сюжетом известно, что фамилия у Ваша говорящая и в чём-то двусмысленная - большую часть действия он наводит панику на других, сам тоже может впадать в панику, но гораздо реже. Английское слово "stampede" может с равным успехом означать как то, так и другое. Однако же точно так же любому очевидно, что у русского слова "паникёр" нет этой двусмысленности! Оно означает только человека, который склонен впадать в панику, но не наводить её. Получается, что такой перевод обкрадывает зрителя, в лучшем случае отрезая от образа Ваша огромный кусок, а в худшем - искажая его до прямой противоположности! Как-то даже и несерьёзно приводить тут в пример не перевод, а всего лишь транслитерацию фамилии Шекспира. Образ Шекспира нисколько не пострадает от того, что его фамилия запишется тем или иным образом. Другое дело Ваш. Да, старое поколение анимешников могло привыкнуть к ошибочному варианту. Но ведь следует думать и о новом поколении, которому ещё только предстоит впервые увидеть этот фильм! Тем более что в литературных переводах явные ошибки не склонны сохраняться в угоду какой-то "традиции" или "канону". Вот что пишет та же Нора Галь по этому поводу:

"Наши критики и литературоведы называли, а некоторые и до сих пор называют роман А.Камю «Чужой». Между тем по смыслу и философии этой книги герой ее не столько чужой людям (с их точки зрения), сколько посторонний им (его точка зрения на мир: меня все это не касается, я вас знать не хочу). Французское l'étranger включает оба эти значения. Но вот переводчик на английский сперва назвал эту книгу «Stranger», а через годы, в новом издании, исправил «Outsider». И так же, ломая «литературоведческую» традицию, сделали оба переводчика по-русски (в журнале «Иностранная литература» и в однотомнике)".

Таким образом, товарищ Холлоу демонстрирует явное несоответствие между своими делами и заявлениями, что, несомненно, сыграет с ним в будущем злую шутку, если он не одумается.
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments